Миллионы кубометров грязи затянули в воронку девятиэтажку, школу и два детских сада

Гoрoдскoй двoрик нaпoминaл лaгeрь для бeжeнцeв  

Двaдцaть лeт нaзaд рoвнo в чeтырe чaсa утрa тoгдa eщe Днeпрoпeтрoвск стaл эпицeнтрoм нeвидaннoй трaгeдии, кoтoрыe пoкaзывaли рaзвe чтo в фильмax-кaтaстрoфax. Кaртинa былa прoстo aпoкaлиптичeскaя: миллиoны кубoмeтрoв грязи двигaлись сo скoрoстью примeрнo 25 мeтрoв в чaс, образовали воронку с жидкой грязью, куда и упали 2-подъездный девятиэтажный дом, школа и частично два детских сада. О причинах оползня на жилмассиве Тополь спорят до сих пор, а бывшие жильцы и очевидцы, словно паломники, даже спустя годы частенько приходят на то место.  

Горожане вспоминают, что накануне вечером был такой невиданной силы ливень, как будто кто-то раздвинул облака и лил из огромного ведра.  

А поскольку из-за неисправной канализационной и водопроводной системы во всем районе в подвалах и так стояла вода, грунт окончательно «поплыл», как горячий шоколад.  

— Тополь стоит на просадочных грунтах, которые в сухом состоянии довольно твердые и устойчивые, но под воздействием воды превращаются в жижу, — объясняет блогер Артем Костюк, живший на там же неподалеку. — В тот день уровень грунтовых вод в этом месте был не меньше двух метров, в итоге грунт, можно сказать, просто вытек вниз по склону вместе с 9-этажным домом, школой, детскими садами и гаражами, образовав воронку площадью 45 тысяч квадратных метров.  

Первой в пучину отправилась девятиэтажка, следом — 99-я школа, в которой, к счастью, никого не было.  

Артему тогда было всего 12 лет, но парень до сих пор помнит, как над головой летали военные вертолеты, суетились люди в форме и родители, которые на скорую руку собирали вещи.  

— Поначалу никто не мог понять, что происходит, — вспоминает очевидец. — Информации было мало. Только слухи ходили разные. Потом территорию в радиусе 200 метров от школы оцепили, рассказали, что происходит. Среди людей мгновенно началась паника. Наш дом находился достаточно далеко, и жильцов оттуда не выселяли, но родители сами решили выехать — на всякий случай. Взяли все самое ценное, кроме мебели. Стандартный набор: ковры, телевизор, вещи, документы, фамильный хрусталь, посуду.  

Пожитки семья вынесла на улицу и стала ждать машину, которая должна была за ними приехать. Ждать пришлось долго, ночевали на улице, прямо на вещах. Обычный городской дворик напоминал лагерь для беженцев: кучкующиеся семьи с баулами, женщины на огромных сумках, спящие рядом дети — кто на коврах, а кто на руках у мамы.  

Артем Костюк информацию об оползне начал собирать еще подростком. Фото: Соцсети

Жильцов квартирами не обидели  

На какое-то время людей приютила гостиница «Днепропетровск», потом в уцелевшие дома стали возвращаться жильцы, а спасатели продолжали ликвидировать последствия злополучного оползня. Артем Костюк с родителями перевезли вещи обратно и вернулись домой примерно через месяц.  

В одном из домов, который был ближе к эпицентру оползня, жильцы не появлялись полгода, а то и год. Многим уже власти и квартиры новые успели дать. В старые, видимо, потом пустили других людей.

— Руководство города, чувствуя свою ответственность, дало квартиры тогда всем, кто лишился жилья. Никого не обидели, — вспоминает блогер. —   Соседи из 9-го дома вообще в плюсе оказались. Они жили в малосемейке, крошечных 12-метровых квартирках. Взамен им вручили ордера на просторные двухкомнатные квартиры. Людям из разрушенного 22-го дома дали трешки, а детей бесплатно отправили отдыхать в «Артек». Тем, чьи квартиры уцелели, дали путевки в лагерь попроще. Я, помню, ездил тоже.  

Произошедшее в июне 1997 года настолько врезалось в память подростка, что забыть он не может до сих пор. Мальчишкой Артем частенько ходил по пустырю, который остался после оползня, зарисовывал, фотографировал, вырезал заметки из газет. Когда парень вырос, то завел свой блог и выложил туда все собранные материалы.  

  — Собирал я это все, чтобы люди помнили, — говорит очевидец трагедии. — Прошло двадцать лет, а ощущение пустоты осталось. Наверное, это чувствуют только люди, которые там жили.  

Владимир Рязанов даже в самом эпицентре обвала с фотоаппаратом не разлучался. Фото: Соцсети

«Картина была военная»  

Фотограф Владимир Рязанов прибыл на место одним из первых.  

— Сначала поползи слухи, что на Тополе что-то то ли рухнуло, то ли взорвалось. Журналисты, естественно, все пронюхали и побежали туда, — рассказал «КП» в Украине» Владимир Леонидович. — Картина была прямо-таки военная — весь массив оцеплен. Никого не пускали.  

Фотокор приехал со своим коллегой и смог пробраться в самое логово оползня. Правда, к мужчинам приставили сопровождающих, чтобы они ненароком не упали в какую-нибудь яму или не оказались смытыми грязевым потоком. Там же милиция и спасатели организовали штаб, а по всей округе отключили воду и электричество. Рязанов вспоминает, что в домах не работали лифты, а попасть внутрь можно было только по паспорту с пропиской. Тяжелые вещи люди спускали из окон, легкие выносили в руках.  

— К водовозам длинная очередь была за водой, — говорит фотограф. — Щебень большегрузными самосвалами бесконечно завозили — засыпать образовавшуюся яму.  

Случайной и единственной жертвой оползня оказался старенький пенсионер, который жил неподалеку на даче. Он побежал в гараж спасать свой «Запорожец» и остался там навсегда, погребенный под кубометрами размокшей земли.  

Снимки Владимира Рязанова тогда публиковали местные газеты, а теперь они — настоящие исторические экспонаты, рассказывающие о тех событиях.  

А на месте провалившихся зданий какое-то время была свалка — выносили и вывозили кто что хотел. Пока не пришел инвестор, который сделал там стоянку для автомобилей.

В первую очередь спасали самое ценное — ковры и телевизоры. Фото: Владимира Рязанова из блога Артема Костюка  

КОМПЕТЕНТНО  

«Дома построили неправильно»

Леонид Турчин, заслуженный строитель Украины:

— Оползень, несомненно, природный катаклизм, но он был вызван тем, что здания были построены неправильно. В 70-х команда из Москвы поступила, мол, людям нужно жилье. Идея хорошая, но не в районе, где могут быть оползни, поскольку рядом балка. И об этом знали. Нельзя было строить без ливнестоков, дождевая вода должна уходить не в землю, а в трубы. Совсем не учли ситуацию под землей, а там все текло. Когда после аварии на массиве шли восстановительные работы, я как раз был членом исполкома. Я сразу предложил отопление выносить не в подвалы, а на крыши домов. Так было и выгоднее, и безопаснее — водонесущий трубопровод котельной не соприкасался бы с землей.  

ИЗ ПЕРВЫХ УСТ

«Во дворе льется вода, а в доме трясутся трубы»

Виктория Никитина в то время была старшим инженером пожарной службы. Именно она в то роковое утро совсем еще молоденькой девушкой, которой только-только дали звание офицера, принимала вызов от жильцов дома 22.  

— Помню, как будто это было вчера, — рассказала «КП» в Украине» Виктория. — Рано утром позвонила взволнованная женщина и сообщила, что во дворе льется вода, а у них в доме трясутся трубы. Никто не мог объяснить, что происходит. На место выехал караул СВПЧ 19. Начальник караула оценил ситуацию и приказал проводить эвакуацию. Людей будили и выводили из дома. В 8.05 я уже докладывала в Киев, что девятиэтажный дом ушел под землю.  

Комментирование и размещение ссылок запрещено.

Комментарии закрыты.